27 июня 2014

Егоршинский бунт

article5127.jpg

Как наши земляки свою церковь отстаивали 

В Спецсводе №15/р СОУ ОГПУ и ИНФО ОГПУ о важнейших моментах отрицательного характера по предприятиям и рабочим районам Советского Союза от 24 марта 1930 года И.В. Сталину сообщалось:

«Урал. Свердловский округ. Егоршинские копи. В поселке при копях 15 марта на почве недовольства закрытием церкви произошло массовое выступление. Толпа женщин около 200 человек избила начальника охраны копей, пытавшегося уговорить их разойтись. Красноармейцами из охраны копей был дан залп в воздух. После этого толпа разошлась, оставив у церкви группу для дежурства».

«Интересный факт из жизни города Артемовского», — подумал я и продолжил поиски документов на эту тему. И нашел…

В газете «КИФА» (№9, 2013 год) была опубликована статья Ксении-Оксаны Ивановой под названием «Егоршинское восстание». Автор статьи приводит фрагменты дела об этом инциденте, хранящегося в Государственном архиве административных органов Свердловской области.

Суть дела. Когда органы советской власти решили закрыть Егоршинскую церковь, они, можно сказать, сфабриковали ходатайство общегражданского собрания села Егоршино о закрытии церкви.

В сельсовет вызвали члена церковного совета Ивана Левича Скутина, которому прочитали постановление о закрытии храма и попросили расписаться в нем, тем самым утверждая, что решение власти донесено до верующих. Иван Скутин решил, что церковь закрывают неправильно и не стал подписывать документ.

В тот же день к организации движения против закрытия храма присоединяются священник Григорий Васильевич Сартаков и монашка Анисья Павловна Лыжина.

Как вспоминал сотрудник следственного отдела Шарин, «в период между днём объявления общине постановления облисполкома и днём ликвидации церкви, т.е. 15/III, верующие под руководством попа Сартакова, монашки Лыжиной и подкулачника Скутина деятельно готовились к выступлению с тем, чтобы не дать закрыть церковь».

Священник неоднократно собирал членов церковного совета и верующих и объяснял им, что храм закрывают незаконно и его нужно защитить от безбожников. А этот призыв уже попадал под трагично известную статью 58-10 УК РСФСР.

Анисья Лыжина вела пропаганду среди женщин: «Нужно пойти защищать церковь и не давать снимать кресты!» С мужиками разговаривал Иван Скутин: «Нужно церковь отстаивать, т.к. 15/III грабители будут громить церковь».

Защитники храма хотели провести еще одно «общегражданское собрание» силами верующих и решить судьбу церкви. Но этого сделать не удалось.

В общем, когда комиссия сельского совета по ликвидации церкви зашла в храм, у его здания уже стояла группа женщин. Защитницы закричали, что не дадут ломать кресты и передавать имущество сельскому совету. К церкви стали сбегаться верующие и пытаться проникнуть внутрь здания. Им преграждал дорогу милиционер, которого не раз стаскивали с паперти.

А теперь предоставим слово сухим строкам протокольных листов.

Из протокола допроса Вассы Ивановны Исаковой, 20 лет: «…Женщины говорили, что до тех пор в церковь вас не пустим, пока не откроете собрание, потом пришли охранники из отряда и стали с крыльца сталкивать, и потом дали выстрелы кверху. Мне церковь надо потому, что я с 8-ми лет пела на клиросе дискантом и любительница жить в церкви, поэтому я против закрытия церкви, а также и не отрекаюсь от веры в Бога». Довольно смелое заявление на допросе для молодой девушки.

Не испугавшись милиции, Иван Скутин и Анисья Лыжина продолжили призывать людей отстаивать церковь.

Протокол допроса Варвары Тимофеевны Исаковой, 51 год: «…Мы все сгрудились на крылечке и кричали, что не отдадим Церковь, нас стали сталкивать с крыльца, меня начальник Уголрозыска ударил по лицу и сдернул с головы платок».

Из протокола допроса Христины Иллиноровны Бабкиной, 35 лет: «15 марта мы с соседкой… пошли к церкви, там уже была кучка человек 50, нас стали выгонять из ограды, а мы стали кричать, что нам жалко церкви и не дадим ее ломать, а они нам отвечают, что мы вас не спросим и нам надо церковь под клуб. Они нас выталкивают из ограды, а мы не уходим, потом пришли с винтовками красноармейцы из отряда и выстроились на крылечке и выстрелили кверху. Когда было собрание о закрытии церкви, я на нем была и голосовала против закрытия церкви. За закрытие церкви голосовало много, но голоса не стали подсчитывать, а Смирнов Осип, б/председатель, сказал, что правительство за закрытие церкви, я пойду и ее прикрою. Мы спросили: куда иконы деваете, они у нас хорошие. Он ответил, что золото и серебро оборвем и отошлем в центр, а дерево (иконы) тут втопчем, а сторожа вышарим».

В общем, позиция власти в этом вопросе ясна, как никогда.

Протокол допроса Веры Капитоновны Скутиной, 60 лет: «…Когда я пришла к церкви, то нас всего собралось человек 23, и не стали им давать снимать кресты с церкви. Публики всего собралось много, и все стояли за церковь, потом пришла охрана и стала нас отгонять от церкви и дали залп выстрелов. Меня с крыльца сбросил мужчина высокий ростом, чёрный, в кожаной тужурке. Я упала и разбила себе висок».

События развивались стремительно, народ никак не уступал и даже временами переходил в наступление.

Протокол допроса Георгия Ильича Поторкина, командира Егоршинского отряда ВОХРа: «15 Марта с/г ко мне приехал в отряд из села Егоршино на лошади т. Исаков. Который объяснил следующее: т. командир, окажите помощь местным властям, которые находятся в угрозе, т.е. под ударами кучки настроенной толпы против местных властей. Я спросил: а где они и что делают? Он ответил: по постановлению общего собрания колхозников должна церковь в селе Егоршино быть закрыта, куда и пришли представители от сельсовета с представителями от адм. части милиций т. Крекотов и инспектор угро и др. представители переписывать имущество церкви, но их начинают бить и, пожалуй, ежели вы не приедете, дело будет плохо. Я собрался один и поехал с ним на лошади к церкви т.е. в село Егоршино. И, когда подъехали к ней, где стояли во дворе церкви женщины и часть мужчин, я спросил: в чем дело и для чего собрание? То мне отвечают женщины: пришли антихристы отбирать у нас церковь… А поэтому я вызвал 7 чел. отр. для того чтобы не иметь каких-либо плохих последствий. И когда пришли стрелки на место, т.е. к церкви, в это время женщины звонили в колокола и кричали, кто как хотел. Мы попросили всех женщин сойти с крыльца церкви, чтобы взять у них проволоку, которая была прицеплена к колоколу. И когда зашли, то женщины набросились как на меня, выдернули с крыльца и ударили раза два, но не знаю, кем были нанесены удары… А одна женщина схватила палку и кинулась на стрелков. И, видя это дело, стрелки открыли выстрелы вверх, а когда я вырвался, то была подана команда прекратить огонь. К этому времени все было внутри церкви закончено, и мы пошли домой т.е. в отряд. Больше показать ничего не могу».

В этот день храм отбили, вечером женщины остались охранять церковь, но главных организаторов защиты церкви в этот же день арестовали.

Итогом егоршинского бунта стало закрытие церкви и лагерные сроки для организаторов: «Сартаков, Григорий Васильевич, 46 лет, священник, тихоновской ориентации, лишенец, грамотный (4 кл. гимназии), вдовый, не судим, не имущий, виновным себя признал, заявив: «Выступление папы Римского считаю правильным, т.к. у нас в СССР существует гонение на религию. Интервью митрополита Сергия считаю ложью». Приговорен к заключению в концлагерь сроком на ДЕСЯТЬ лет. Лыжина, Анисья Павловна, 45 лет, монашка, из крестьян, неграмотная, не судима, одинокая, девица, имеет дом. Приговорена к заключению в концлагерь сроком на ПЯТЬ лет. Скутин Иван Левич, 44 л., подкулачник, холост, неграмотный, не имущий, виновным себя не признал, заявив: «Местные власти неправильно раскулачивали, если раскулаченные и имели крепкие хозяйства и применяли наемный труд, то все же они были тружениками…» Приговорен к заключению в концлагерь сроком на ТРИ года».

(В использованных документах преимущественно сохранена орфография оригинала).

Константин Бороздин 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 1188 просмотров
Комментарии (0)